Форум » Парк Июльского периода » Муза Амальгамы » Ответить

Муза Амальгамы

Дженнаро Танкреди: Творчество участников форума и друзей=)

Ответов - 25, стр: 1 2 All

Дженнаро Танкреди: Non ho tempo Колыбельная в стиле стимпанк. Местами пафосно, но... Сталь холодная брегета, черных стрелок острия, Равномерное движенье под залог небытия, Круг двенадцати делений, совершенный циферблат, Отражает тусклотою угасающий закат - Это только время плачет позолотою минут Нерешенная задача, кто тебя оставил тут? Время, время... Шестеренок ход продуман бесовским часовщиком, Его профиль на обоях тишине ночной знаком, Оплывают тихо свечи, догорает синева - Время никого не лечит, - тихо падают слова... Это только время плачет позолотою минут Нерешенная задача, кто тебя оставил тут? Время, время... Сердце бьется без изъяна - идеальный механизм, Что прикрыл броней швейцарской с анаграммою каприз, Каждый взмах секундной стрелки предвещает coup-de-grace, Погружая тигель ночи в алхимический экстаз... Это только время плачет позолотою минут Нерешенная задача, кто тебя оставил тут? Время, время... Кто рискнет стать господином механических рабов, Кто примерить одеянье Майкла Майера готов? Кто замкнет в кольцо под крышкой ускользающую суть Хода времени, капризно утекающую ртуть? Это только время плачет позолотою минут Нерешенная задача, кто тебя оставил тут? Время, время... Призрак бледный в силе пара поднимается дрожа, Путь эпохи переломной станет лезвием ножа, Меж прогрессом и свободой заключен наш хрупкий век, Амальгама, Opus Magnum, механизм и человек! Это только время плачет позолотою минут Нерешенная задача, кто тебя оставил тут? Время, время... Но рассвет несет надежду, разливая желтый воск, Застывающий над миром вереницей жарких грез, Пусть История несется обезумевшим конем, Сталь конструкций расчертила на квадраты окоем, Это наша амальгама, шестерней чеканный ход, Это ветер, что дыхание грядущего несет, Это только время плачет позолотою минут Нерешенная задача, кто тебя оставил тут? Время, время...

Дженнаро Танкреди: Если бы про нас снимали кино

Дженнаро Танкреди: и кастинг на роли: Дженнаро Танкреди - Тильда Суинтон Пеше дЭрбенвилль - Егор Бероев Мэтр - Андрей Панин

Дженнаро Танкреди: мой коллажик со стихами Лоры:

Дженнаро Танкреди: И чудесные работы леди Malum Universum:

Дженнаро Танкреди: Святой с глазами цвета меда посвящается тому, кто покровительствует дню 26 октября Святой с глазами цвета меда Идет по краю октября, В рябиновом венке свободы Пылает поздняя заря. В саду, где с яблонь облетела Преддверием зимы листва, Где иней крошкой сине-белой Замел ненужные слова, Где у конюшен чешет спину Породистый пушистый пес, Где в сумраке ночей застыли Хитросплетенья мертвых роз, Остановился в желтом свете Святой с улыбкой на устах, Никто пришельца не заметил, Лишь тень, замерзшая в кустах. А он смотрел сквозь переплеты Высоких стрельчатых окон, Ложился снег на плащ потертый, На перекрестие времен. Он знал, кто свет увидел ночью Под сводами старинных крыш, Он знал, что чуждым среди прочих Пребудет в мире сей малыш. Святой с глазами цвета меда, Смотрел с листа календаря, А в витражах излета года Предзимье плавилось, горя.

Дженнаро Танкреди: Незаменимое пособие творцунов стимпанка (и не только!)

Дженнаро Танкреди: Дженнаро вопрошает.

Дженнаро Танкреди: День тикающих часов От рассвета до заката стрелок шаг неумолим, Серебро, вино и бархат - все развеется как дым, Лунным светом, мертвым эхом спрядена навеки нить, Дальним звоном, тихим смехом круг тот не разъединить. От заката до полночи мерно тиканье часов, В хватке цепких шестеренок отгорит живая кровь, Счет секунд давно уж сбился толь во сне, толь наяву - Предрассветный дождь слезами пал на жухлую траву. От полночи до рассвета бездыханная пора, Незнакомым силуэтом тень крадется по коврам, Это песня избавленья - пуля, опиум иль нож - Не ищи, прошу, забвенья, шепчут стрелки - не найдешь...

Дженнаро Танкреди: Чутким призраком безумья в поволоке белых стен, Равнодушным незнакомцем я вхожу под свод Кошен, Нежный запах секционной, белой лилии экстаз, Сердца боль и лауданум, я благословляю вас... Этот мрак беззвездной ночи, сердца частый галопад, Что в экстазе мне пророчит город, грезою объят, Песня лезвий и трепана, в позолоте тишины, Песня чувственно-коварной издыхающей весны. Нежный запах секционной, белой лилии экстаз, Сердца боль и лауданум, я благословляю вас... Под больничным покрывалом тихим зверем дремлет смерть, Кровь застыла карнавально и глаза закрыть не сметь, Над серебряной рекою тусклым оком зрит Луна, В царстве вечного покоя, бедный мальчик, не до сна... Нежный запах секционной, белой лилии экстаз, Сердца боль и лауданум, я благословляю вас... Мальчик мой, нелегко бросить к черту все правила, Зверь с картин Жерико в кровь вошел, осторожность оставив, Я в объятьях сожму твое тело в попытке согреть, Поцелуи сплетя неумело в беззаконную сеть. Нежный запах секционной, белой лилии экстаз, Сердца боль и лауданум, я благословляю вас... Кто сказал за окном - что анатом не знает любви? Тот не знал, что вином захлебнувшись, пишу на крови Я элегии тайну отточённым пером серебра, Замирают слова не случайно, пока мысль жива... Нежный запах секционной, белой лилии экстаз, Сердца боль и лауданум, я благословляю вас... Ты молчишь, улыбаясь - горлом рвутся признанья, Живописцу на зависть прекрасна картина желаний, Что сгорят с первым вздохом зари в обжигающем праве, И мой крик одиноко в мерцанье востока растает... Нежный запах секционной, белой лилии экстаз, Сердца боль и лауданум, я благословляю вас... Брошен скальпель на столик, догорела свеча, В бессловесности боли единенье начал, И живое дрожит, ощутив в себе мертвую плоть, А в сплетении жил бьется пламенный лед. Нежный запах секционной, белой лилии экстаз, Сердца боль и лауданум, я благословляю вас... В предрассветной тоске жажда жить ни на грош утолима, Прядь волос на виске, - токи времени неумолимы, Припозднись, если можешь - дай припасть к роднику... к роднику Призрак вздоха по коже, и висок, приклоненный к виску. Нежный запах секционной, белой лилии экстаз, Сердца боль и лауданум, я благословляю вас... Ночь взорвется пределом в алой раме рассвета, На плаще тамплиера расцветут горицветы, И сплетут свои ветви петров крест и пролЕск, В монограмме бессмертья, в ожиданье чудес... Нежный запах секционной, белой лилии экстаз, Сердца боль и лауданум, я благословляю вас... Ах, не помни об этом, замри на холодном столе, О любви врут поэты, рисуя сонет на стекле, Только зверь знает правду, и отмеченный им циферблат С мерным тиканьем дышит ядом, приближая утренний звездопад. Нежный запах секционной, белой лилии экстаз, Сердца боль и лауданум, я благословляю вас... Кто сказал, что любовь конечна, навсегда оковал свой дух, Ведь по-летнему, так беспечно, в небе дремлет звездный пастух, Я однажды услышу зов, - и где бы я ни был - клянусь! Никогда не расторгну, мой мальчик, заключенный сегодня союз... Чутким призрак ом безумья в поволоке алых стен, Опьяненным вкусом ночи, покидаю я Кошен, Нежный запах секционной, белой лилии экстаз, Сердца боль и лауданум, я благословляю вас...

Дженнаро Танкреди: Эваренок выпрашивает

Дженнаро Танкреди: Прекрасный пушистый Эваренок от Доктор Кроу ака Brytt

Дженнаро Танкреди: Не мог не утащить=) квинтэссенция Дженнарки

Дженнаро Танкреди: Коллеги из Италии - http://www.youtube.com/watch?v=MTgyTzebd-Y

Дженнаро Танкреди: Прямо тилацинчик-Коши с девианта=)

Дженнаро Танкреди: *эту прелесть я нашел на английской википедии осенью - сейчас, увы, она оттуда злодейски выпилена* This night, the flowers are blooming. Nurtured by rain and fire. At 20, already consuming, Cycles of pain and desire. Perpetual dawn is looming. Stars, a warning in the sky. At 20, already assuming, This morning he will die. First ray of light, signals defeat. Commitment to live is a capital crime. At 20, his eyes burn in luminous heat. He has so much to give, but so little time. Inscrutable symbols cut into the sheet. Mysterious curves aligned in the ink. At 20, he desperately seeks to complete, Himself, while his body and mind are in sync. Truth on that paper is deeply profound. Life is unstable, does not go as planned. At 20, the depth he courageously found, Wise men were unable to understand. Lowers his pen, not making a sound. Lust for her lips, his only mistake. At 20, descending beneath the ground, Must not be avoided, with honor at stake. History found him just barely completing, A harmonious proof, which he had bestowed, To us, at age 20, some hours before meeting, A terrible fate on that sad, dusty road. Always remember, our moment is fleeting. Now we are here, and then we are gone. 20 or older, there’s no use in pleading. We disappear, but our proof carries on. (с) Leonard Apeltsin

Дженнаро Танкреди: Совершенно чудесный Эварист работы Осенней Сакуры

Дженнаро Танкреди: Замечательный рассказ Лео Перутца "День без вечера" Ну никак не мог пройти мимо=)

Дженнаро Танкреди: Чудесный осенний коллаж от Уолтера Риверса=)

Дженнаро Танкреди: И мой ответный подарок Уолтеру Риверсу - драббл - Осень. Золотыми бабочками пляшут осенние листья, взвиваются из-под копыт, разлетаются солнечными брызгами. В колоннаде вековых стволов светло и гулко, и так хорошо мчаться галопом - вот-вот выглянет полянка, откроется вид на зеркало канала или протянет узловатые лапы упавший лесной исполин: успеть бы дать шенкеля, перенестись через него птицей! Эварист улыбнулся собственным мыслям и пришпорил жеребца - тонкий рыжий арабчик прибавил ходу, и ветер бросил в лицо шафраново-шуршащую охапку. Только вперед, только карьером! юный математик не признавал другого аллюра, особенно сейчас, когда он, столь чудесно возвращенный к жизни, хотел в полной мере насладиться этой удивительной осенью, и ощущением полета, и игривым ветерком, и ... Красавец-конь вынесся на холм, замер, как изваяние, нервно раздув ноздри и распушив шелковый хвост. Пара ударов сердца - и рядом остановился серый андалусиец, Дженнаро перехватил поводья и улыбнулся, любуясь кареглазым чудом, опьяненным скачкой. Хотя на сердце было беспокойно (все же, мальчик совсем недавно снова сел в седло), журить Галуа видам положительно не мог, настолько искренне тот радовался каждой минуте, и так чудесно смотрелся верхом - изящный и очень хрупкий, английский костюм для верховой езды подчеркивает гибкий стан, на породистом скакуне, подаренном Танкреди, Эварист казался ожившим героем картины Вернэ или Дедре-Дорси, потехи ради покинувшим холст. - Все-таки, вы еще во многом - мальчишка, Эваренок, - улыбнулся видам. Юный математик вскинул голову, но расслышав шутливый тон, тряхнул гривкой. - И именно таким я вас и люблю. - Только таким? - в тон ему ответил Галуа, и в карих глазах мелькнули золотые искорки смеха, сейчас он был совершенно непохож на ученого, действительно, мальчишка, гимназист, выбравшийся на прогулку со старшим кузеном, или... кузиной? - Вы же отлично знаете ответ, осеннее сокровище, - вздыбив жеребца, Танкреди заставил его проделать вольт и легкой рысью направился вниз по склону. Через секунду мимо пронеслась пламенная комета, взметнув целый фонтан палой листвы, и один из золотых подарков октября зацепился за высокий воротник окситанца филигранным украшением. "Мое маленькое осеннее сокровище..." - А ну-ка, Сальгейро, давай проучим этого хвастунишку, - шепнул анатом, припав к гриве коня и легонько стегнул его стэком. Жеребец машисто сорвался с места, устремляясь к берегу канала, за победно распущенным по ветру рыжим хвостом.



полная версия страницы