Форум » Жизнь материальная... » МОДЫ » Ответить

МОДЫ

Дженнаро Танкреди: Красиво жить не запретишь!

Ответов - 44, стр: 1 2 3 All

Дженнаро Танкреди:

Дженнаро Танкреди: здесь и далее - материалы отсюда Цвет: Женщина: нежные и светлые тона (голубой, светло-зеленый, розовый,сиреневый) Мужчина: сюртуки темных тонов( фиолетовые, темно-зеленые, темно-синие; вечерний сюртук- черный). Штаны чаще всего белого. Материал: Женщина: Хлопковые ткани, зимой - шерсть. Вечерние платья : шелк Материалы без рисунка или "в цветочек" , а иногда "в полосочку". Мужчина: шерстяные ткани без рисунка. станы иногда "в полосочку".

Дженнаро Танкреди: Мужской костюм, 1826

Дженнаро Танкреди: Мужские плащи, 1830

Дженнаро Танкреди: Мужские накидки, 1830

Дженнаро Танкреди: 1825

Дженнаро Танкреди: 1832.

Дженнаро Танкреди: амазонка

Дженнаро Танкреди: Альфред ДеДрё, "Элегантная всадница"

Дженнаро Танкреди: Мужской костюм для верховой езды.

Дженнаро Танкреди: Английский костюм для верховой езды еще одна вариация на тему

Дженнаро Танкреди: еще одна амазонка кисти А.ДеДрё

Дженнаро Танкреди: Два детских портрета

Дженнаро Танкреди: ... и два мужских

Дженнаро Танкреди: женские моды эпохи романтизма 1831 1833 отсюда

Дженнаро Танкреди: еще женская мода и не забудем мужчин! Костюм 1830—1860 годов. Резкое изменение моды. В 1830 г. в Германии, Франции и других европейских странах господствующим направлением в искусстве становится романтизм. Его эстетический идеал — сильная личность, жаждущая свободы, борьбы, действия. Характерным для романтизма была идеализация прошлого, главным образом средневековья. Во внешнем облике и костюме человека влияние романтизма создало образы возвышенные, страстные, мечтательные, одухотворенные. В мужском костюме, который по ассортименту и основным формам остается неизменным, большое значение придается дополнениям, дорогостоящим шерстяным, тонким льняным тканям. Для бальных фраков используют бархат, для жилетов — разноцветную парчу. В моду возвращается средневековый плащ и длинные остроконечные туфли. Мужской и женский силуэты в романтическом костюме сходны: покатая линия плеч, сильное расширение рукава, плотное облегание груди и талии, расширение линии бедер. В 40—50-е гг. в мужском костюме побеждает функциональность, целесообразность форм, утверждается мешковатый силуэт. Фрак становится парадной одеждой. В каждодневной одежде его заменяет сюртук, более удобная закрытая одежда с застежкой на пуговицы. В 60-х гг. сюртук заменяют пиджаком (в прошлом часть охотничьего костюма), который вместе с брюками и жилетом начинают делать из одной ткани. Еще раньше в верхней мужской одежде появляется пальто, короткое, прямого силуэта. Цветовая гамма ограничивается темными (синим, коричневым, зеленым, черным цветами. Рисунок ткани — клетка, узкая полоска. В летнем ассортименте допускались серый, белый и кремовый цвета. это все 1830 отсюда

Дженнаро Танкреди: и про нижнее белье - исключительно научный интерес! вызывает интерес и еще такой разрез...

Дженнаро Танкреди: Женщины наравне с мужчинами участвовали в охоте, скакали наперегонки. Именно для этого был придуман первый в мире «спортивный костюм» –амазонка – одеяние для верховой езды. Она состояла из пышных брюк, которые надевались под юбку с разрезами. Такая юбка позволяла женщинам быть свободнее в своих движениях, что было необходимо при езде верхом. Считается, что первой женщиной, надевшей амазонку, была Мария Медичи (1519–1589). В XIX веке непременной принадлежностью амазонки стал приталенный корсаж и цилиндр с вуалью, как иллюстрацию можно добавить картину Брюллова «Всадница» «Журнал де дам» (Journaldesdames) 1799. На амазонке батистовое платье, суконный жилет и жокейская шапочка. Из английского модного журнала, 1831 г. Дамский костюм для верховой езды в эпоху бидермейер дополняет цилиндр с вуалью; платье имеет шарообразные рукава. Юбка амазонки на самом деле как бы и не является таковой: это скорее что-то вроде передника, а вниз надеваются бриджи того же цвета. Когда всадница в седле, полотнище закрывает ноги, как обычная длинная юбка, а при спешивании подол оборачивают вокруг бедер и закрепляют специальной пуговицей. Однако амазонка – это не просто платье для верховой езды. Это еще и безупречный вкус, элегантность и чувство собственного достоинства. отсюда

Дженнаро Танкреди: Еще одна элегантная амазонка ДеДрё

Дженнаро Танкреди: И еще несколько гравюрок и нечто глубоко этническое

Дженнаро Танкреди: Моды 1831 года женские

Дженнаро Танкреди:

Дженнаро Танкреди: Красиво, говорите? А вот они последствия ношения корсетов, или Красота Требует Жертв, порою даже человеческих=)

Дженнаро Танкреди: Светский лев - кто он? При Июльской монархии слово «лев» повсеместно употребилось как синоним слова «денди» и означало модного молодого Человека. Автор «Физиологии льва» (1842), рассуждая о «существе, которого природа одарила эксцентрическими вкусами и боевитым характером, существе, которое одевается по моде, рассуждает исключительно о лошадях, собаках и любовницах, существе, у которого в жизни множество кредиторов, а в кармане — несколько тысячефранковых кредитных билетов», именует это существо то денди, то львом, не делая между этими словами никакой разницы. Между тем в данном случае речь идет именно о денди, а вовсе не о льве в исконном смысле слова. Что же касается льва, то он — особа, возбуждающая всеобщее любопытство и привлекающая внимание досужих наблюдателей, подобно львам из лондонского Тауэра, которым, если верить Литтре, светские «львы» и были обязаны своим наименованием. Словарь Робера датирует возникновение термина «лев» в интересующем нас смысле 1835 годом. Между тем щеголи употребляли слово «лев» еще в эпоху Реставрации; по-видимому, все дело в том, что в ту пору оно воспринималось преимущественно как английское заимствование. Подтверждение этому мы находим, например, в строках, написанных герцогиней де Майе в июне 1829 года: «Весь Париж занят нынче только одним — возвращением г-на де Ламартина. Все стремятся его увидеть, все наперебой приглашают его на обед, чтобы провести вечер в его обществе. Он сделался, как говорит леди Морган, настоящим светским львом». Не потому ли герцогиня считает нужным сослаться на английскую путешественницу, что во французской фразе слово лев еще не стало звучать вполне естественно? сять лет спустя Дельфина де Жирарден, дорожащая репутацией пуристки, подчеркивает, как сильно выродилось слово «лев»: всякого, кто одевается по моде и жаждет выделиться своим экстравагантным видом, именуют львом, тогда как следовало бы в этом случае вести речь о денди, щеголе или о человеке фешенебельно . Лев, даже обладая внешностью вполне заурядной, может на мгновение привлечь к себе внимание всего общества и пробудить его любопытство. Львом, то есть «звездой», можно стать в силу самых разных причин: в 1828 году г-н Кайе, выучив арабский язык так хорошо, что все принимали его за мусульманина, пересек всю Африку и добрался до Томбукту; мадемуазель д'Анжевиль в 1838 г. поднялась на Монблан; г-н Аббади, пробывший два года в Эфиопии, в 1839 году возвратился оттуда с подростком, который, оказавшись в зрительном зале парижского театра, принялся испускать пронзительные крики; г-н де Серее в 1840 году возглавил посольство, отправленное к персидскому шаху. Все эти львы были обязаны своей славой экзотическим подвигам, исключительным спортивным достижениям. Однако, подвизаясь на сцене парижского света, можно было прославиться и куда менее оригинальным способом: например, произнести пламенную речь в палате депутатов или опубликовать книгу, пользующуюся успехом. Пребывание в амплуа льва всегда мимолетно, и другим быть не может. Мода стремительно сменяет одного льва другим. В музыке каждый новый сезон ознаменовывается появлением нового льва: в 1843 году роль «льва-пианиста» исполняет Драйшок, только что прибывший из Германии; в 1846 году — г-жа Камиль Плейель, и так далее. Лев — это особа, на какое-то (пусть даже самое короткое) время вживающаяся в роль звезды общества. Именно поэтому все звезды общества начинают с того, что становятся львами. Звездами же эти львы делаются потому, что умеют извлекать пользу из своей эфемерной славы и превращать ее в известность более продолжительную, о какой бы сфере деятельности — политике, литературе или искусстве — ни шла речь. Двери высшего общества открываются перед львом в мгновение ока. Еще вчера он не был известен ни единой душе, а сегодня у него уже полно зрителей и поклонников. Ему остается только с умом воспользоваться этими мимолетными возможностями. Именно так, например, поступила Америка Веспуччи, числившая среди своих предков флорентийского мореплавателя, которому Америка обязана своим именем. Прежде чем отправиться в Соединенные Штаты и начать там борьбу за богатства предков, эта художница, обитавшая то в Париже, то в Лондоне и зарабатывавшая на жизнь своими полотнами, горячо отстаивала французской и английской столицах независимость Италии. Состену де Ларошфуко, снабдившему ее перед отъездом в Лондон рекомендательными письмами, она писала 2 июля 1840 года: итак, нынче я исполняю роль лондонской львицы; все знаменитости считают своим долгом меня посетить. Я в большой моде и уже не нуждаюсь в рекомендательных письмах». Таким образом, далеко не всякий лев может быть назван денди. Смешение двух понятий происходит только оттого, что любой денди страстно желает стать львом; не сумев этого сделать, навсегда останется не кем иным, как денди-неудачником. Кроме того, если денди существует «без всяких почему», лев всегда бывает обязан своим возвышением некоей причине — как завило, совершенно ничтожной и случайной. Впрочем, оба, и лев, и денди, зависят от моды и доказывают своим примером ее могущество, как и ее произвол. Эта произвольность не только обуславливает само возникновение львов и денди, но также позволяет светскому сообществу, которое создает репутации и распределяет лавры, сохранять известную независимость при выборе кумиров. Разумеется, сообщество это всегда готово признать заслуги людей, по праву слывущих авторитетами в определенной (политической, финансовой, художественной) сфере, и способствовать тому, чтобы именно эти люди вошли в моду, однако оно сохраняет за собою возможность прославить и ввести в моду людей, на первый взгляд этого не заслуживших. Именно таким образом светское Сообщество утверждает собственную власть. Львы бывают не только мужского, но и женского пола. Что же подразумевалось под словом «львица»? Если при Второй империи «львицами» стали именовать дам полусвета, то при Июльской монархии так называли молодых светских дам, которые, стремясь привлечь к себе внимание, подражали модникам мужчинам. Львицы занимаются спортом, участвуют в скачках: в декабре 1841 года десять «великосветских наездниц» приняли участие в стипль-чезе на пять километров (препятствиями служили рвы и очень высокие изгороди). Львицы стреляют из пистолета и ездят на охоту: одна из них получила в подарок от жениха, среди прочего, «прелестное разборное вороненое ружьецо, целиком умещающееся в сафьяновый футляр размером с книжку форматом в двенадцатую долю листа». В Париже (в бассейне на набережной Орсе), а летом в Дьеппе или Гавре львицы занимаются плаванием, после чего «для поддержания сил пропускают стаканчик рома или можжевеловой». Прогуливаясь в колясках по Булонскому лесу или по Елисейским полям, они курят настоящие гаванские сигары — дорогой контрабандный товар, который у них порой конфискует полиция. Иначе говоря, львица — это денди женского пола. источник

Дженнаро Танкреди: В мужской моде, несмотря на то, что она не так сложная, как женская, существует как бы неписанный закон, унифицирующий некоторые детали гардероба. Возможно это может показаться смешным, но эти рецепты моды у мужчин, разбираются до такой степени, что речь идет даже о количестве пуговиц на каждом костюме. В костюмах, жакетах, тужурках, одним словом, на всём, что требуют достаточно высоко застегнутого вида, число пуговиц может колебаться между 5 - 6. При этом 7 было бы архаизмом! 4 - это уже вульгарно, хоть и порой употреблялось среди парижан (эдакое парижское арго) В 19 веке мужская одежда становится „скучной", и количество украшений сводится к минимуму. Однако, несмотря на то что значение мужского костюма свелось к фону для пестрого и сложного женского туалета, мужской моде уделялось немало внимания, но внимания особого рода. Единственное превосходство в костюме, к которому стали стремиться, - это превосходство покроя и изящество отделки. Основными украшениями мужского костюма первой половины 19 века служили запонки и пуговицы из золота, серебра или драгоценных камней на парадных бальных костюмах, золотые пряжки на кюлотах. У И. С. Тургенева, о котором известно, что он всегда одевался с большим вкусом, был визитный синий фрак с золотыми пуговицами в виде львиных голов. В таком костюме его видел в 1843 и 1844 годах И. И. Панаев. В 1830-х годах для вечернего фрака изобретают незавязывающийся галстук, скрепленный драгоценными булавками, которыми в начале века закалывали рубашку. Часы носили либо на короткой цепочке с брелоками, висящей из жилетного кармана, либо на длинной цепочке, которую надевали через голову. Цепочки заменялись иногда бисерными и шелковыми шнурками, шнурками, сплетенными из волос, черными или цветными ленточками. С сороковых годов пестрота в мужской одежде считается признаком дурного вку- са, и все многоцветье отдается дамским нарядам. Франты этих лет, в отличие от прежних щеголей, не носят платье вычурных фасонов. Костюмы из добротной материи, ослепительно белое белье и драгоценные, но скромные на вид запонки и булавка отвечают хорошему вкусу. В 1840-х годах концы галстука скалывались на груди булавкой с жемчужиной, камеей или драгоценным камнем на конце. Последней вольностью были пуговицы на рубашках и жилете, которые делались либо из подлинных драгоценностей, либо из подделок под жемчуг, золото и бриллианты. Это было все, что общепринятые нормы разрешали мужчинам. Мужскую моду на протяжении XIX века диктовала преимущественно Англия. До сих пор считается, что Лондон для мужской моды является тем же, что Париж для женской. Любой светский мужчина того времени носил фрак. В начале XIX века фраки туго обхватывали талию и имели пышный в плече рукав, что помогало мужчине соответствовать идеалу красоты той поры: тонкая талия, широкие плечи, маленькие руки и ноги при высоком росте. Другой распространенной одеждой был сюртук (в переводе с французского – «поверх всего»). В 20-е годы XIX столетия на смену коротким штанам и чулкам с башмаками пришли длинные и широкие панталоны – предшественники мужских брюк. Своим названием эта часть мужского костюма обязана персонажу итальянской комедии Панталоне, который неизменно появлялся на сцене в длинных широких штанах. Панталоны держались на вошедших в моду подтяжках, а внизу оканчивались штрипками, что позволяло избегать складок. Обычно панталоны и фрак были разного цвета. Самым распространенным головным убором был цилиндр. Он появился в XVIII веке и позже не раз менял цвет и форму. Во второй четверти XIX столетия в моду вошла широкополая шляпа – боливар, названная в честь героя освободительного движения Южной Америки Симона Боливара. Такая шляпа означала не просто головной убор, она указывала на либеральные общественные настроения ее владельца. Дополняли мужской костюм перчатки, трость и часы. Перчатки, правда, чаще носили в руках, чем на руках, чтобы не затруднять себя, снимая их. Ситуаций, когда это требовалось, было множество. В перчатках особенно ценились хороший покрой и качественный материал. Самой модной вещью XVIII – начала XIX века была трость. Трости делали из гибкого дерева, что не давало возможности на них опираться. Их носили в руках или под мышкой исключительно для щегольства. XIX век отличался особым разнообразием верхних мужских одежд. В первой трети XIX столетия мужчины надели каррики – пальто, имевшие множество (порой до 15) воротников. Они рядами спускались чуть ли не до пояса. Верхней одеждой также был двубортный редингот, или сюртук, который постепенно стал основным в деловой мужской одежде. В 30-е годы прошлого века в моду вошел макинтош – пальто из водонепроницаемой ткани, которую изобрел шотландский химик Чарлз Макинтош. В 1830 г. в Германии, Франции и других европейских странах господствующим направлением в искусстве становится романтизм. Его эстетический идеал - сильная личность, жаждущая свободы, борьбы, действия. Характерным для романтизма была идеализация прошлого, главным образом средневековья. Для моды романтизма была характерна «романтическая небрежность» в ношении одежды: расстегнутый ворот рубашки, свободно повязанный галстук. Элегантность требовала, чтобы фрак меняли каждые три недели, рубашку – ежедневно, шляпу – каждый месяц, обувь – еженедельно. Такую роскошь могли позволить себе только «светские львы». Основные элементы мужского костюма не претерпели изменений. Фрак в 30 годы туго охватывал талию, расширялся на бедрах, имел подбитую ватой грудь и пышные у плеча и суженные у кисти рукава. В домашнюю одежду входят элементы востока: шелковые халаты, фески (турецкая шапочка с кисточкой). В мужском гардеробе появилось много новых верхних вещей: пальто со шнурами – бурнус, пальто с несколькими воротниками – каррик, а также различные жакеты. Прически – короткие, завитые в локоны волосы, высоко поднятая надо лбом челка –кок. В моду возвращается средневековый плащ и длинные остроконечные туфли. Контуры основных деталей кроя, средний шов спинки, линия борта полочки оформляются более прямыми, ровными линиями. Боковые швы утрачивают изогнутые вычурные очертания, создающие сверхузкие объемы костюма XVIII в. Схема построения основы мужского сюртука, визитки, пальто воспроизводит сглаженный контур фигуры, близкий к ее естественным очертаниям, обеспечивает необходимую свободу движения, удобство в носке, практичность. Эти качества начинают высоко цениться в мужской одежде XIX в. По линии плеча силуэт сохраняет плотное облегание, что создается большим скосом плечевого шва и смещением его на спинку. Рукав становится шире, но сохраняет большой прогиб переднего среза на линии локтя, благодаря чему имеет изогнутую форму. В женской одежде крой остается сложным с большим количеством конструктивных и декоративных линий, но очертания деталей также становятся более прямыми. Как в женских, так и в мужских изделиях основной остается конструкция с отрезным бочком, который на спинке расположен близко к среднему шву, на полочке - посередине проймы. Это создает максимальное прилегание изделия по спинке, а весь припуск на свободу облегания по линии груди сосредоточивается в основном на полочке. источник

Дженнаро Танкреди: И еще детские портреты

Дженнаро Танкреди:

Дженнаро Танкреди: работа Ораса Вернэ

Дженнаро Танкреди: Амазонка. 1829 год.

Дженнаро Танкреди: Англия

Джеймс Бэрри:

Дженнаро Танкреди:

Дженнаро Танкреди:

Дженнаро Танкреди:

Дженнаро Танкреди:

Дженнаро Танкреди: - униформа Луи-Ле-Гран и Эколь Нормаль.

Дженнаро Танкреди: мужской костюм.

Дженнаро Танкреди: - женские костюмы

Дженнаро Танкреди: 1823

Дженнаро Танкреди:

Дженнаро Танкреди: 1830-1833

Дженнаро Танкреди: 1830 женская обувь

Дженнаро Танкреди: 1830

Дженнаро Танкреди: April 1831.



полная версия страницы